О формировании инновационного кластера недропользования

В статье раскрывается содержание одного из наиболее перспективных вариантов перехода российской экономики на инновационный путь развития на базе ведущего в экономике России сектора энергоресурсов. Объективно он также является одним из наиболее наукоемких, отличаясь уникальностью каждого из своих объектов, разведка и разработка которых связана с исследовательской и аналитической деятельностью по уточнению особенностей месторождений, характеристик и свойств пластов, параметров скважин. Описана концепция формирования в Притомье инновационного кластера эффективного недропользования, создаваемого с учетом уникального положения Томского научно-образовательного комплекса на периферии двух крупнейших территориальных провинций энергоресурсов – Западно-Сибирской нефтегазовой и Кузнецкой угольной, недалеко от крупнейших месторождений редких металлов.

В ХХI в. человечество все активнее связывает свое будущее с новыми технологиями. В России также отдается приоритет инновационной модели развития экономики. При этом инновационный путь развития страны обычно противопоставляется сырьевому (как негативному). Подобные оценки не удивительны, поскольку в России практически отсутствуют глубокие исследования проблем экономической политики, основанной на широком и целесообразном использовании природных ресурсов [1]. Между тем в геологоразведке, геофизике, нефтегазовой отрасли уровень использования новых технологий гораздо выше, чем во многих других отраслях. В нефтегазодобыче, например, активно используют сложные математические модели описания структуры пласта при разведке и мониторинге добычи. Нефтегазовые приложения во всем мире являются крупнейшим потребителем высокопроизводительного компьютерного оборудования и программного обеспечения [2]. Поскольку в ближайшие десятилетия мировой спрос на энергоресурсы будет устойчиво увеличиваться в связи с ростом населения и экономики, то их поставки экономически перспективны для России, и кроме того, гарантируют необходимые меры «энергетической дипломатии». Представляется, что развитие инноваций применительно к важнейшей отрасли экономики страны, обеспечивающей около 45% доходов бюджета и 55% валютных поступлений, является важнейшей задачей. Ее решение позволит по цепочке отраслевых взаимосвязей модернизировать и другие сегменты производственного комплекса страны.

В настоящее время Россия, обладая крупнейшей в мире минерально-сырьевой базой, по эффективности производства уступает развитым странам. Между тем обостряющаяся конкуренция стран диктует необходимость существенного снижения затрат и применения новых технологий разведки, добычи и переработки минерального сырья, что невозможно без форсированного развития инновационных методов в недропользовании. По существу, при решении этой проблемы возможно достижение двойного эффекта – повышение эффективности производственного сектора недропользования и развитие отечественного инновационного комплекса.

Поскольку недропользование всегда пространственно локализовано, то наиболее конструктивным является проведение активной кластерной политики со стимулированием развития перспективных кластеров. По официальному определению, «территориально-производственные кластеры – объединение предприятий, поставщиков оборудования, комплектующих, специализированных производственных и сервисных услуг, научно-исследовательских и образовательных организаций, связанных отношениями территориальной близости и функциональной зависимости в сфере производства и реализации товаров и услуг. При этом кластеры могут размещаться на территории как одного, так и нескольких субъектов Российской Федерации» [3]. Вообще говоря, перспективность создания кластеров утверждается во многих федеральных документах, хотя число успешных инициатив пока невелико.*

Статья подготовлена при частичной финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проект № 11-07-98015).

С позиций рассматриваемой проблемы уникально положение г. Томска, поскольку он обладает одним из сильнейших научно-образовательных комплексов страны и находится на территории таких ресурсных регионов мирового уровня значимости, как Западно-Сибирская нефтегазовая провинция и Кузнецкий угольный бассейн. Из административно-экономических соображений пространственную структуру региона целесообразно ограничить территорией Томской области (ТО) и Кузбасса. При этом возникает возможность добычи твердых и жидких полезных ископаемых, учета территориальных особенностей местных нефтей, генерированных углистым органическим веществом [4], добычи метана из угольных месторождений, восполнения дефицита сырья металлургии Кузбасса за счет Бакчарского железорудного месторождения ТО, а также встраивания уникальных технологий Сибирского химического комбината (СХК) в процесс обогащения и переработки минерального сырья (редких металлов). Большинство таких возможностей, реализуемых лишь при использовании инновационных технологий, влечет существенное усиление внутренних взаимосвязей региона, появление крупных транспортных потоков, для которых необходимо развитие инфраструктуры. По ряду позиций (наличию одновременно твердых, жидких энергоресурсов, атомной энергии) рассматриваемый регион уникален.

Известно, что мощные конкурентоспособные кластеры состоялись во многом благодаря способности генерации инноваций, позволивших им опередить конкурентов.  В данном случае возникает возможность формирования на основе инноваций кластера эффективного недропользования, его самодостаточного развития и отработки на его примере важнейших механизмов стимулирования инновационного развития страны.

Состояние и возможности кластерного развития. Довольно подробное описание производственной базы региона содержится в работах ряда авторов [5-7]. В настоящее время в Томске, Кемерове и соответствующих им областях наряду с крупнейшими университетами и НИИ существует достаточно развитый комплекс взаимодействующих производственных, проектных, исследовательских и сервисных предприятий, который является прообразом мощных кластеров недропользования: нефтегазодобычи, угледобычи и энергометаллургии. На многих предприятиях региона применяется высокий уровень технологий, хотя существует и множество невостребованных перспективных разработок. Для их внедрения в Кузбассе принята специальная программа СО РАН [8]. Но ее реализация зависит от уровня финансирования и организации программно-целевого управления.

Согласно обычной схеме развития производства, в регионе возможно формирование нескольких кластеров – например, нефтегазового в Томской области и на севере Кузбасса, угольного и энергометаллургического в Кузбассе. Однако региональная специфика – общность многочисленных проблем и задач организации производственных процессов, потребность в новых технологиях для реализации перспективных проектов, наличие мощного НОК – приводят к необходимости новых вариантов развития, наиболее полно воплощаемых в идее инновационного кластера недропользования региона «Притомье».

В настоящее время в организации инновационного развития в России можно выделить два основных подхода:

  • инновационный, фактически импортирующий «западные» формы организации инновационной системы и связанный с созданием инкубаторов инноваций, технопарков, венчурных компаний, который нерезультативен ввиду недостаточности внутреннего спроса на инновации;
  • корпоративный, отличающийся неизбежным сужением тематики перспективных исследований, недостатком фундаментальных идей, традиционным представлением объекта, отсутствием необходимой гибкости, корпоративной закрытостью, ориентацией на использование и копирование импортных технологий, который ведет (при автономной организации корпоративных центров) к воспроизводству технологического отставания от мировых аналогов.

Для результативного инновационного развития необходимы подходы, учитывающие специфику состояния страны и особенности конкретных объектов.

В различных регионах мира сейчас успешно реализуются целевые программы развития местных кластеров [9, 10]. В России также существует ряд подобных проектов (автомобильный кластер Самарской области, Омский нефтехимический, Петербургский судостроительный и др.). В концепции кластерной политики РФ предполагается, что органы исполнительной власти субъектов РФ будут выступать в качестве инициаторов формирования организаций развития кластеров. При этом финансирование развития кластеров может поддерживаться за счет средств федерального бюджета, в том числе Инвестиционного фонда РФ, и государственной поддержки малого и среднего предпринимательства (МСП) [11].

Проведение поддерживающей кластерной политики [12] наиболее целесообразно, если государство участвует в организации взаимодействия участников кластера, осуществляет частичное финансирование проектов, инвестирует развитие инфраструктуры, образования, маркетинга, стимулируя развитие кластера. С учетом особенностей функционального назначения и местоположения инновационного кластера в Притомье основными задачами его развития можно назвать следующие:

  • качественное повышение эффективности работы структур кластера на основе инновационных технологий;
  • углубление переработки первичного сырья;
  • расширение направлений использования недр с вовлечением в разработку других полезных ископаемых, помимо профильных энергоресурсов;
  • комплексное развитие территории с учетом более эффективного использования инфраструктуры;
  • повышение доходов федерального и региональных бюджетов; – сохранение экологии региона.

Сектор недропользования по своей специфике принципиально отличается от других секторов экономики: каждый из его объектов уникален. В отличие, например, от машиностроения, электронной промышленности или энергетики для него неприемлемы типовые, общие решения, а необходимы мониторинг и индивидуальные решения на каждой стадии – от проведения региональных разведочных работ до операций на отдельной скважине. Это определяет большую наукоемкость кластера и эффективность применения инновационных подходов на всех уровнях и стадиях процесса недропользования.

На региональном уровне особенности кластера проявляются при анализе региональных задач недропользования и связанных с ними перспективных проектов. Мерами рациональной структурной политики в рамках кластера можно существенно повысить межкластерное взаимодействие, резко сократить затраты на транспортировку, увеличить ВРП при реализации следующих перспективных проектов (рис. 1):

  • форсирование разведки перспективной нефтегазовой области «Правобережье Оби» на основе новых технологий;
  • организация производств извлечения и переработки угольного метана, производства сжиженного газа на основе новых технологий;
  • освоение крупнейшего в России Бакчарского месторождения железа в качестве сырьевой базы металлургии Кузбасса и Урала;
  • разработка месторождений полиметаллов на юго-востоке Томской области для производства легирующих добавок в черной металлургии;
  • формирование центров инновационных технологий для недропользования в Томске и Кемерове;
  • переработка отвалов и отходов ряда предприятий региона с целью извлечения благородных и редких металлов;
  • загрузка мощностей крупнейшего СХК г. Северска на основе переработки и обогащения продуктов первичного недропользования и извлечения ценных металлов;
  • создание магистральной транспортной связи «Кузбасс – Томская область – Западно-Сибирский нефтегазовый комплекс (ЗСНГК)»;
  • формирование современной базы производства горно-шахтного и промыслового оборудования для ЗСНГК и восточных районов страны на базе мощного Юргинского машиностроительного завода;
  • создание современного межрегионального логистического центра в районе Яшкино, включающего крупный складской терминал, международный аэропорт, речной порт, железнодорожный узел.

 

Рис. 1. Новые проекты региона и пространственная структура кластера

Рис. 1. Новые проекты региона и пространственная структура кластера

Все эти проекты имеют важнейшее федеральное значение, но их реализация невозможна или затруднительна на основе прежних технологий. Долгое время территория правобережья среднего течения Оби считалась неперспективной для добычи нефти и газа и практически не исследовалась. В последние годы здесь по инициативе администрации Томской области начались работы по разведке слабоизученных горизонтов. Результаты глубокого бурения и региональных геофизических работ позволяют надеяться на высокую перспективность Пайдугинской и Преденисейской нефтегазовых областей. Вместе с тем аномально слабая изученность и огромная площадь территории не позволяют на базе традиционных технологий достичь результата за приемлемое время. Необходимо применение инновационных методов разведочной геофизики, структурно-формационной интерпретации данных сейсморазведки, комплексирования данных высокоточной магнитометрии, гамма-спектрометрии для создания верифицируемых интерпретационных моделей, информационных технологий для подготовки геоизображений, создания трехмерных геолого-геофизических моделей.

Для разработки крупнейшего Бакчарского железорудного месторождения также необходимы новые технологии доразведки, добычи и обогащения. Здесь в последние годы на основе технологии скважинной гидродобычи получено свыше тысячи тонн железной руды с повышенным содержанием железа. Разработана новая технология обогащения металлов на основе нанотехнологий, позволившая получить сверхчистые слитки с содержанием железа свыше 98% и наличием легирующих добавок. При объемах производства до 100 млн. т/год обеспечиваются потребности металлургии Кузбасса, Урала и возможна поставка сырья на экспорт.

К этому проекту примыкает ряд потенциальных производств по разработке месторождений полиметаллов региона [13-14], требующих комплексной переработки и нестандартных технологий, связанных с составом сырья и его местоположением. На основе экологически чистых фторидных технологий СХК возможно получение комплекса благородных и редких металлов (платины, золота, серебра, титана, циркона, лантаноидов и др.) из хвостов переработки ряда производств цветных металлов Сибири. Это позволило бы получить гарантированную ресурсную базу полупроводникового производства, создания наноматериалов и сенсоров нового поколения. При этом обеспечиваются конверсия и долгосрочная загрузка СХК, а также его включение в технологические цепочки кластера и возможное дальнейшее применение его высокотехнологичного потенциала.

В связи с формированием ресурсной базы в восточных районах страны целесообразна организация современного производства горного оборудования на приближенных территориях. В связи с этим перспективна специализация Юргинского машиностроительного завода, на котором начато производство горно-шахтного оборудования.

Для обеспечения перевозки грузов между предприятиями Западно-Сибирского нефтегазового комплекса, Томской области и Кузбасса, перевалки с одного вида транспорта на другие, для хранения и комплектации целесообразны организация прямых магистральных путей «Томск – Кузбасс» и создание современного логистического центра в районе «Тайга – Яшкино».

На уровне залежи основной проблемой при проектировании и разработке месторождения является получение полной и достоверной информации о пространственной структуре и физико-химических параметрах пластов, свойства которых изменчивы. Регламентом по проектированию в качестве инструмента описания объекта предполагается использовать двух- и трехмерные геологические модели месторождений.  Исходных геологических и геофизических данных обычно недостаточно, и попытки построения при этом подробных математических моделей и картографических изображений наносят лишь вред. Недостаток информации должен быть восполнен на этапе эксплуатации при тщательном наблюдении за процессом добычи фактически на каждой скважине. Исключительно важна разработка технологий, обеспечивающих либо получение необходимой информации и менее затратных по сравнению с дорогостоящим бурением, либо дополнительную работу. Здесь необходимы комплексирование геофизических исследований в скважинах, вертикального сейсмопрофилирования и сейсморазведки на поверхности для изучения продуктивных пластов, использование сейсмики высокого разрешения для планирования геолого-разведочных работ [15], непрерывного сопровождения геологических моделей [16] и мониторинга месторождений.

Для проектирования и разработки месторождений в подобных условиях В.Д. Лысенко [17] предложена адаптивная система разработки, позволяющая перестроить проектные решения с учетом новых данных (изменением сетки скважин, сочетаний нагнетательных и добывающих скважин и т.п.).

Несмотря на бесспорную важность инновационных подходов к решению отдельных этапов процесса проектирования и разработки месторождений углеводородов (УВ), значительно большую ценность представляет комплексная инновационная система разработки, объединяющая составные элементы в единое целое. В явном виде подобная системная нацеленность просматривается в работах таких отечественных предприятий, как ОАО ЦГЭ (комплексное описание процессов изучения и разработки УВ [18]), РИТЭК (Проектирование и разработка), Роснефть (системный подход к организации научной и проектной работы).

Организация инновационной инфраструктуры кластера. Организация кластера, по нашему мнению, позволит преодолеть ряд имеющихся недостатков национальной инновационной системы (НИС) страны [19]. Формально все элементы НИС в стране есть. В частности, по их наличию Томская область занимает лидирующие позиции среди регионов России, имея офисы коммерциализации при всех университетах и крупных НИИ, несколько бизнес-инкубаторов, венчурные фонды, центры трансферта технологий. Но результативность НИС далека от ожидаемой. При этом чиновники оценивают ситуацию со сдержанным оптимизмом, а политики и практики как неудовлетворительную [20]. Организация инновационного кластера на основе тесно взаимодействующих научно-образовательного комплекса и мощного сектора недропользования существенно ускорит решение этой проблемы. Рассмотрим ряд ключевых задач на разных стадиях инновационной цепочки.  

Прежде всего, следует всемерно стимулировать спрос на инновации со стороны производства. В рамках кластера это достигается формированием сводной и корпоративных программ технической модернизации, содержание которых можно значительно повысить при участии специалистов ведущих вузов, НИИ и СО РАН в рамках советов по координации научно-технической политики кластера. При этом должны быть определены действительно крупные задачи достижения лидерства в международной конкуренции с целью избежать «ловушки» технологических заимствований и вместе с тем ограниченности автономного технологического развития [21]. Поскольку ведущими разработчиками сектора недропользования в Томской области являются госкорпорации, то подобная задача вполне достижима. Необходимо стимулировать размещение в кластере отделений корпоративных научно-технологических центров крупных предприятий. Очевидно, что потенциал РАН, специальных НИИ в части принципиально новых, прорывных разработок существенно выше отраслевой науки, и при организации взаимодействия выигрывают обе стороны. Крупные сервисные компании также заинтересованы в присутствии на перспективных сегментах рынка своих услуг. Поскольку рядом расположены перспективные области энергоресурсов, то такой интерес должен быть долгосрочным. Участие в таких программах и использование общих центров сервиса, передачи технологий очень полезны для МСП.

Целесообразно также использовать создаваемый кластер в качестве опытного полигона для внедрения и апробирования правовых и нормативных инициатив (своего рода организационно-управленческих инноваций). Например, предоставить экономические преференции предприятиям в сфере инноваций, частично уменьшив налогообложение прибыли, направляемой на создание и приобретение новых продуктов; ввести стимулирование разработки трудноизвлекаемых запасов углеводородного сырья, мелких и выработанных месторождений посредством специальной налоговой политики; использование рентных отчислений, стоимостных оценок запасов и ресурсов; формирование программ лицензирования и т.п. [1, 22].

Для поддержания заинтересованности университетов, НИИ, МСП, разработчиков необходимо тщательно проработать и постоянно совершенствовать правила формирования и обеспечения прав на интеллектуальную собственность, в том числе созданную в рамках бюджетного финансирования. В кластере определенной специализации значительно проще создать действенную систему патентования, гарантирующую высокий статус патента правообладателю.

Важнейшей проблемой НИС является финансирование инноваций, которое тесно взаимоувязано с проблемой прямых инвестиций. К сожалению, российская финансовая система малопригодна для долгосрочного финансирования производства. Ранее созданные венчурные фонды, корпорации, целевые фонды в таких условиях вынуждены работать при жесткой конкуренции с обычными финансовыми институтами, заведомо проигрывая им в коммерческой эффективности, что приводит к незаинтересованности сотрудников, коррумпированности, и в конечном счете к перепрофилированию этих структур. В кластере потребуется присутствие всех основных институтов развития страны. В случае организации проекта с международным участием следует предусмотреть в нем создание современной финансовой инфраструктуры, обеспечивающей присутствие основных институтов межправительственных финансовых учреждений. При создании кластера природоресурсной направленности подобные намерения реальны ввиду высокой заинтересованности зарубежного капитала, который в России активно инвестирует именно эти отрасли. Для снижения рисков и получения весомых гарантий желательна организация региональных представительств международных финансовых структур (МБРР, Многостороннего агентства по гарантированию инвестиций, ЕБРР, Азиатского банка реконструкции и развития), что потребует межправительственных соглашений с активным участием известных консалтинговых структур.

Необходимо также формирование действенной российской системы венчурного инвестирования, например, на основе создания совместных фондов или агентств. Возможно, следует со временем пригласить зарубежных венчурных инвесторов, имеющих опыт работ в кластерах близкого профиля, например, Хьюстона, Абердина, Ставангера [23].

Участие государства в инновационных процессах вызвано необходимостью создания стимулов к инновациям, которых в достаточной степени не генерирует рыночная среда. Такие «провалы рынка» [24] компенсируются формированием структур поддержки инноваций [19]. В кластере подобные новые структуры поддержки инноваций правомерно создавать с учетом его производственной специфики. Помимо этого целесообразна организация специального агентства перспективного развития (по типу DARPA, США), стратегической целью которого было бы обеспечение технологического превосходства России в области разведки, разработки и переработки энергоресурсов. Основная задача – воплощение результатов перспективных фундаментальных исследований в производственных технологиях. Многие задачи при ее решении относятся к комплексной тематике, перекрывающей ведомственные направления Минприроды, Минпромполитики и Минэнергетики России. Для этогопотребуется исключительно квалифицированный персонал.

В нефтегазовом секторе региона существуют огромные возможности для выхода на качественно новый уровень организации работ с помощью инновационных центров новых технологий, создаваемых в рамках частно-государственного партнерства при участии компаний-недропользователей. Такие центры должны работать в интересах производства всех участников кластера, обеспечивая получение готовых перспективных технологий.

Прежде всего, необходимо создание аналитического центра недропользования с организацией сводных баз данных по геологии, геохимии, геофизике региона, по природным ресурсам, процессам и технологиям недропользования. Такой центр, оснащенный современной аппаратурой и оборудованием, должен стать базой подготовки и координации наиболее ответственных (возможно коллективных) управленческих решений. В связи с доразведкой потенциально крупнейшей нефтегазоносной провинции в Обь-Енисейском междуречье необходим комплексный анализ данных геологии, геохимии, промысловой геофизики, дистанционного зондирования Земли. Для их интерпретации следует использовать новейшие методы построения глубинных изображений, волновой томографии, развиваемые в последние годы на базе суперкомпьютерных центров [25]. Эти работы целесообразно организовать в создаваемом Центре геофизических исследований, что позволит существенно сократить сроки и стоимость разведочных работ. С названными структурами и производством должен тесно взаимодействовать специализированный суперкомпьютерный центр, мощности которого важны для организации распределенных систем, чрезвычайно трудоемких расчетов при решении задач моделирования гидродинамических процессов, обработки сейсмоданных, данных дистанционного зондирования Земли, решения обратных задач геофизики, восстановления геоизображений. Эти центры должны стать центрами общего назначения и коллективного пользования.

Значительное число разработок универсального назначения не используется в секторе недропользования или не доводится с учетом его потребностей. Это, например, большинство разработок в сфере нанотехнологий (в том числе создание нанопокрытий), использования наноматериалов при создании оборудования, применения нанопорошков, нанофильтров и т.д. Нуждаются в конструктивной доработке для сектора многочисленные проекты в области упрочнения материалов и рабочих поверхностей, например, электронно-лучевые установки для нанесения защитных покрытий, магнетронные ионно-плазменные вакуумные установки, вакуумная электронно-лучевая наплавка, термо- и водостойкие, антикоррозионные, антифрикционные защитные покрытия на основе неорганических полимеров. Оправданна и целевая доработка известных технологий, например, гелеобразующих композиций повышения нефтеотдачи пластов, нефтевытесняющих смесей. Широкое распространение может найти применение методов электронной интроскопии. Значительный спрос имеют системы и аппаратно-программные комплексы диспетчерского контроля и управления, телемеханизации для нефтегазовой отрасли, управления гидроагрегатами и электроснабжением, системы управления и диагностики режимов оборудования.

Многие теоретические разработки других приложений могут успешно развиваться для недропользования. Например, математический аппарат механики жидкости и газа, широко применявшийся для моделирования процессов спецтематики в ТомГУ, пригоден для моделирования месторождений. Ограниченно применение суперкомпьютеров для нефтегазовых приложений, между тем за рубежом они интенсивно используются для обработки сейсмоданных, моделирования резервуаров, анализа геоизображений. Новые модели и методы решения соответствующих уравнений, заделы в смежных направлениях могут быть основой высокоэффективного импортозамещающего программного обеспечения в области систем моделирования месторождений и мониторинга добычи, создания проектов обустройства, геоинформационных систем и САПР.

На основе перечисленных разработок и с учетом потребностей развития кластера необходимо создание ряда организационных структур или инновационных предприятий, которые сформируют ядро комплекса прикладных исследований инновационной инфраструктуры кластера. К ним, на наш взгляд, относятся:

  • Аналитический центр эффективного недропользования;
  • Центр геофизических исследований;
  • Суперкомпьютерный центр;
  • Центр технологий повышения нефтеотдачи;
  • Экспериментальный центр-комбинат наноматериалов;
  • Центр разработки скважинного оборудования повышенной прочности;
  • Центр современных упрочняющих и восстановительных технологий;
  • Центр разработки новых технологий извлечения редких металлов; – Центр разработки сенсоров и контрольной аппаратуры.

По нашему мнению, данный проект, должен реализовываться при существенном организационном и финансовом государственном участии в создании кластера, формировании его состава и программы развития, производственной инфраструктуры и комплекса инновационных центров новых технологий общего назначения.

Для привлечения иностранных инвестиций в недропользование региона следует определить ряд (средних и мелких) месторождений, которые передаются для разведки и разработки МСП, за рубежом инновационно более активным по сравнению с крупными предприятиями, корпорациями. В случае организации проекта на уровне межправительственных соглашений можно предусмотреть условия привлечения финансирования на инновационные разработки в рамках специальных программ. Из-за трудностей создания собственной дорогостоящей базы разведки, мониторинга разработки месторождений, МСП наиболее заинтересованы использовать за разумную плату общие ресурсы кластера, сервис Центра геофизических исследований, Суперкомпьютерного и других центров, что в конечном счете будет способствовать усилению внутрикластерных взаимодействий и возмещению исходных затрат.

Для максимальной информированности инвесторов о регионе, возможностей предпроектного анализа вариантов удобного размещения бизнеса необходимо современное инвестиционное описание территории, например, с помощью геоинформационных систем и каналов распространения геоданных, привычных для инвесторов [26-27].

Задачи размещения и территориального планирования. Проведенный нами анализ подтверждает целесообразность формирования в регионе инновационного кластера эффективного недропользования. При этом возникают задачи, связанные с пространственной организацией производства и инфраструктуры производственных проектов сферы недропользования на территории Томской и Кемеровской областей (внешний пояс кластера – применение инновационных технологий), а также с соответствующей организацией территории размещения инновационных центров (внутреннее ядро – генерация инноваций). Их решение в рамках существующей нормативной базы проводится при разработке и корректировке территориальных (пространственных) планов.  

При территориальном планировании внешнего пояса решаются задачи размещения новых производственных предприятий недропользования рядом с их ресурсной базой (рис. 1) и организации общей энергетической и транспортной инфраструктуры кластера.

Внутреннее ядро кластера, связанное с размещением центров разработки инноваций, привязано к существующим НОК Томска и Кемерова, между которыми необходимо установить оперативные коммуникации. Эта территория охватывает два коммуникационных коридора: «Западно-Сибирский нефтегазовый комплекс – Томск – Кемерово» и коридор вдоль Транссиба в районе «Юрга – Анжеро-Судженск» (рис. 2, 3).

 

Рис. 2. Трасса Северной широтной дороги с выходом на Кузбасс

Рис. 2. Трасса Северной широтной дороги с выходом на Кузбасс

 

Рис. 3. Коммуникационные коридоры района Томск – Кемерово

Рис. 3. Коммуникационные коридоры района Томск – Кемерово 

 

В мире известны примеры создания подобных распределенных инновационных кластеров, например, так называемый исследовательский треугольник США, опирающийся на три центра в штате Сев. Каролина (North Carolina State University, Duke University, University of North Carolina – Chapel Hill). В Европе сходную структуру имеет исследовательский треугольник ELAt (Eindhoven-Leuven-Aachen), а также проект «Oxford to Cambridge Arc» создания зоны инновационной экономики между двумя признанными исследовательскими центрами [28]. Обычно под влиянием таких центров бурное развитие получает вся территория.

Рассматривая территорию между Томском и Кемерово, отметим ее исключительно благоприятное экономико-географическое положение. Здесь проходит трасса Транссибирской железнодорожной магистрали, соединяя г. Юргу, поселки городского типа Яшкино, Тайга, города Анжеро-Судженск, Мариинск и пересекая в районе Юрги р. Томь. На этой линии находятся крупный Юргинский машиностроительный завод, цементный завод в Яшкино, железнодорожный узел – выход на Томск со ст. Тайга, месторождения угля в районе Анжеро-Судженска. Подобные факторы (транспортная магистраль, транспортный узел «река – железная дорога», близость промышленных центров, природных ресурсов) наиболее благоприятны для развития. Они обусловили, например, бурный начальный рост Новосибирска и Красноярска. По-видимому, лишь удаленность данной территории от «региональных столиц» обусловила в период плановой экономики недостаточное экономическое развитие данного региона.

В настоящее время, в век скоростных автомагистралей подобные препятствия легко преодолимы. Расстояние между городами Томск и Кемерово по прямой составляет около 100 км, что позволяет обеспечить временнỳю доступность центров (около 1 часа) даже в пределах агломерации. Время доступа территорий вдоль железнодорожной трассы составит всего около получаса. Учитывая все это, целесообразно планировать в этом районе создание крупного межрегионального логистического центра в рамках портовой особой экономической зоны, ориентированного на обслуживание транспортных потоков на Западно-Сибирский нефтегазовый комплекс – Транссиб; Кузбасс – Транссиб; ЗапсибНГК – Кузбасс. В рамках такой зоны целесообразно создание международного аэропорта, обслуживающего Томск, Кемерово и прилегающую территорию, железнодорожного узла, речного порта. Здесь также целесообразно размещение многих предприятий по профилю кластера, например, завода по производству сжиженного газа, который давно планирует построить «Востокгазпром», складского терминала, производственных баз и причалов на берегу Томи.

Для размещения основных инновационных предприятий и центров инновационной инфраструктуры должны быть выделены площадки в Томске и Кемерове. В Томске удобная площадка для размещения центров инноваций расположена близ крупнейших университетов города [29]. В Кемерово выделены площадки технопарка, расположенные на правобережье р. Томи на территории «КузНИИШахтострой» и пригорода «Лесная поляна». Помимо существующих НИИ, вузов на этих площадках перспективным является размещение перечисленных выше специализированных центров, проектных институтов, лабораторий для исследования специфики разведки и разработки минерального сырья. Учитывая смещение интересов нефтегазового комплекса страны в восточном направлении и высокую нефтегазовую перспективность Правобережья Оби, здесь целесообразно и размещение штаб-квартир крупных корпораций, организации при них необходимой инфраструктуры управления. По крайней мере, в рамках данного проекта для этого существуют все объективные факторы, обычно стимулирующие подобный выбор бизнес-структур [30].

Формирование данного кластера является продолжением процесса создания Томской экономико-внедренческой зоны (ТЭВЗ).

Таким образом, для формирования инновационного кластера эффективного природопользования в регионе необходимо:

  • создание центров инновационных технологий недропользования в Томске и

Кемерове, взаимосвязанных с действующим НОК;

  • резервирование земель для размещения сопутствующих объектов – офисов,

КБ, финансовых структур, гостиниц, жилого фонда;

  • господдержка развития новых проектов;
  • создание инженерной инфраструктуры для устранения транспортных и энергетических ограничений производства;
  • подготовка и обустройство территорий для размещения производства, логистики.

Проведенный анализ приводит к выводу о необходимости корректировки территориальных планов развития Томска, Кемерово и соответствующих областей и разработке общей схемы территориального планирования региона, возможность которой предусмотрена в Градостроительном кодексе (Ст. 10 и 14).

Дальнейшие вопросы по развитию кластера изложены в работе [31].

 

Литература

 

  1. Крюков В.А., Токарев А.Н. Нефтегазовые ресурсы в трансформируемой экономике. Новосибирск: НаукаЦентр, 2007.
  2. Даймбахер Ф. Высокопроизводительные вычисления в нефтяной индустрии // Нефтяное хозяйство.
  3. № 10; 2002. № 2.
  4. Концепция кластерной политики в Российской Федерации. М.: МЭРТ, 2007.
  5. Гончаров И. В., Обласов Н.В., Самойленко В.В. Углистое органическое вещество нижней и средней юры Западной Сибири и его роль в формировании углеводородных скоплений // Нефтяное хозяйство. № 8.
  6. Современное состояние и стратегические проблемы социально-экономического развития Томской области в первые десятилетия ХХI века / Под ред. А.Э. Конторовича. Новосибирск: СО РАН, «Гео», 2002.
  7. Пушкаренко А.Б., Филатов В.И., Ямпольский В.З. Нефтегазовый кластер Томской области // Регион. № 4.
  8. Жиронкин С.А. Угольная отрасль Кузбасса // ЭКО. 2008. № 5.
  9. Программа научного и технологического обеспечения социально-экономического развития Кемеровской области. Приложение к постановлению Президиума СО РАН от 03.02.2009 № 25.
  10. European Cluster Observatory (http://www.clusterobservatory.eu/index.html)
  11. Ленчук Е.Б., Власкин Г.А. Кластерный подход в стратегии инновационного развития зарубежных стран // Проблемы прогнозирования. № 5.
  12. Концепция кластерной политики в Российской Федерации. М.: МЭРТ, 2007.
  13. Пилипенко И.В. Кластерная политика // Приложение 6 к Ежегодному экономическому докладу «Деловой России» 2008.
  14. Сазонов А.М., Гринев О.М., Шведов Г.И., Сотников В.И. Нетрадиционная платиноидная минерализация Средней Сибири. Томск: ТПУ, 1997.
  15. Рихванов Л.П., Кропанин С.С., Бабенко С.А. и др. Циркон-ильменитовые россыпные месторождения – как потенциальный источник развития Западно-Сибирского региона. Кемерово: ООО «Сарс», 2001.
  16. Трехмерные системы наблюдений – новый этап в развитии нефтегазовой геофизики // Геофизика. № 4.
  17. Билибин С.Н. Трехмерная геологическая модель – обязательный этап изучения нефтегазового месторождения // Нефтесервис, 2008.
  18. Лысенко В.Д. Инновационная разработка нефтяных месторождений. М.: ООО «Недра-Бизнесцентр», 2000.
  19. Вклад ЦГЭ в развитие ИТ в нефтяной и газовой промышленности // Геофизика. № 4.
  20. Nelson R. (ed.), National Innovation Systems: A Comparative Analysis. Oxford University Press – New York/Oxford. 1993.
  21. Медведев Д.А. Вступительное слово на совещании по вопросам модернизации и технологического развития экономики 15 мая.2009 http://president.kremlin.ru/transcripts/4082;
  22. Дементьев В. Е. Ловушка технологических заимствований и условия ее преодоления в двухсекторной модели экономики // Экономика и матем. методы. № 4.
  23. Орлов В.П. Государство и недропользование // Минеральные ресурсы России. № 2.
  24. The Regional Dynamics of Innovation: A Comparative Case Study of Oil and Gas Industry Development in Stavanger and Aberdeen. MIT Working Papers, 2006.
  25. Солнцев О.Г., Хромов М.Ю., Волков Р.Т. Институты развития: анализ и оценка мирового опыта // Проблемы прогнозирования. № 2.
  26. Fliedner M., Bevs D. Automated Velocity-Model Building with Wavepath Tomography // Geophysics. 2008. Vol. 73. № 5.
  27. Карасев В.И., Шпильман В.И Недропользование в Ханты-Мансийском автономном округе // Минеральные ресурсы России. № 2.
  28. Рюмкин А.И., Кравченко Г.Г. Организация регионального развития на основе геоинформационных технологий // Геоинформатика. № 2.
  29. Miles N. Oxford to Cambridge Arc // HESE conference. London. 2007, October 12th.
  30. Рюмкин А.И. Развитие инновационного кластера в рамках частно-государственного партнерства (на примере Томска) // Проблемы прогнозирования. №4.
  31. Evans A. W. The Location of Headquarters of Industrial Companies // Urban Studies. 1973. Vol. 10.
  32. Рюмкин А.И. Создание инновационного кластера эффективного недропользования «Притомье». Томск: Изд-во Том. ун-та, 2010.