Проблема дальневосточной черной металлургии: обзор состояния и приоритеты

В статье рассматриваются проблемы Дальневосточного региона, в отношении которого провозглашен новый стратегический курс развития. В интересах обеспечения всевозрастающих потребностей экономики региона в разнообразной металлопродукции необходимы организационные изменения, диктуемые реальной ситуацией: ускоренное строительство нового металлургического предприятия, создание собственной черной металлургии полного цикла.

 

В Дальневосточном экономическом районе, крупнейшем по площади регионе страны, включающем девять субъектов Дальневосточного федерального округа (ДФО), выполняются проекты, требующие значительного использования продукции черной металлургии: строительство газо- и нефтепроводов, железнодорожных путей (в том числе их ремонт), автодорожных сооружений, машино- и судостроение, производство горного оборудования, оборудования для морских платформ, гражданское строительство и др. Возрастающие потребности экономики ДФО в разнообразной металлопродукции удовлетворяются за счет поставок из западной части России и из-за рубежа, что увеличивает высокие транспортные расходы и, следовательно, значительно удорожает металлоемкие проекты. Расположенный в Комсомольске-на-Амуре металлургический комплекс «Амурметалл» в настоящее время не может обеспечивать все потребности региона из-за ограниченного состава выпускаемой металлопродукции, небольших объемов производства и постоянных финансово-экономических проблем.

«Амурметалл» – передельный завод, работающий в основном на металлоломе (использовался также привозной чугун и в ограниченном количестве – привозные металлизованные окатыши). В начале 2000-х годов перед комплексом была поставлена задача достичь в ближайшие несколько лет 2-2,2 млн. т выплавки стали с дальнейшим переделом ее в сортовой и листовой прокат, максимально учитывая потребности региона в сортаменте продукции.

Финансовые трудности на Амурметалле начались в 2008 г. Завод взял большие кредиты на модернизацию производства – так, в сентябре 2008 г. была введена в эксплуатацию новая слябовая машина непрерывного литья заготовок немецкой компании

«SMS Demag». Однако завод не смог вернуть кредит, и с августа 2012 г. предприятие находилось под наблюдением, с октября 2013 г. – в процедуре банкротства1. В июне 2016 г. было сообщено о наличии трех потенциальных инвесторов для завода – металлотрейдинговой компании «Торэкс», ГК «Север» и компании «Петропавловск – черная металлургия». Интерес к Амурметаллу проявил также холдинг «Тагильская сталь». Среди условий сотрудничества холдинга с Амурметаллом были выделены: подключение завода к режиму территорий опережающего развития, обозначение перспектив развития предприятия, определение мер его господдержки.

1 С 2015 г. «Амурметалл» несколько раз пытались продать «единым лотом», цена которого за это время была снижена с 8,16 до 2,46 млрд. руб. Следующие торги должны состояться в конце января 2017 г.

 

Очевидно, что для перспектив развития и роста экономики Дальневосточного региона «Амурметалл» не может быть надежной металлургической базой, даже если принять во внимание намерение предприятия использовать для плавки металла природные руды железа, не требующие обогащения. Возможно, эта цель преждевременна, поскольку в перспективе по мере выполнения в регионе ряда металлоемких проектов возникает более чем благоприятная ситуация с металлоломом: появится весьма объемная база вторичного сырья для возмещения металлоемких изделий и оборудования – изношенного парка морских судов, нефтегазового разведочного и добыточного оборудования, трубопроводов, рельсов, мостов и др. Объемы металлического лома будут расти в ускоренном темпе вместе с развитием хозяйства региона.

Специалисты считают, что при должной организации заготовки металлолома можно было бы работать успешнее и по сложившимся технологиям, но Амурметалл в настоящее время не может быть рентабельным по объективной причине: он использует дальнепривозное сырье (слябы и металлолом). Кроме того, металлолом стал очень дорогим: он собирается на огромной территории, и его источников пока не так много. Любой вариант перехода на природное железорудное сырье несостоятелен вследствие того, что Амурметалл значительно удален от любого железорудного района и месторождений, где возможна масштабная добыча железорудно- го сырья (рядом находится только маленькое Будюрское месторождение, разработок которого хватит только на один-три года).

По отчетным данным Амурметалла, его производственные показатели снижаются: в 2015 г. предприятие произвело 532,2 тыс. т заготовок (на 14,9% меньше уровня 2014 г.) и 198 тыс. т проката (снижение на 28,4%), а за три первых месяца 2016 г. – 87 тыс. т заготовок (на 43%  меньше аналогичного периода 2015  г.) и  20,5 тыс. т сортового проката (на 69% меньше соответствующего периода 2015 г.). Задолженность перед конкурсными кредиторами на конец 2015 г. оценивалась в 21,3 млрд. руб., вся кредиторская задолженность составила почти 33,5 млрд. руб.

Напомним некоторые важные факты, относящиеся к проблеме создания дальневосточной черной металлургии, чтобы были понятны приоритеты, которые необходимо учитывать для ее осуществления.

  1. Проблема создания на Дальнем Востоке черной металлургии основы народного хозяйства. Это проблема – важная задача государства. Вместе с тем в течение долгого времени не было необходимости в масштабном ее развитии вследствие низкой освоенности и заселенности территории. Однако также очевидно, что отсутствие полнообъемного производства металлопродукции не способствовало экономическому развитию региона. Периодически и с разной степенью активности в Дальневосточном экономическом районе проводились поисковые, оценочные и разведочные работы с целью создания железно-рудной сырьевой базы. Приоритеты в отношении выбора направлений и площадей для первоочередных работ менялись, но всегда имели положительный результат: балансовые запасы и прогнозные ресурсы железных руд возрастали, и к середине 1980-х годов железно-рудная сырьевая база была создана. В рамках «Долговременной государственной программы комплексного развития производительных сил Дальневосточного экономического района, Бурятской АССР и Читинской области на период до 2000 года» (1987 г.) была поставлена задача строительства горно-металлургического комплекса. Изменения институциональной ситуации в стране в начале 1990-х годов, сопровождавшиеся кризисными явлениями в экономике и социальной сфере, не позволили создать полнофункциональную черную металлургию в регионе в планируемые сроки – тем острее стоит эта задача сейчас.

 

Федеральная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкальского региона на период до 2025 года» [1] предполагает строительство, в частности в Дальневосточном регионе, новых предприятий там, где есть сырье. В настоящее время создание полноценной дальневосточной металлургии начато. Этот процесс может оказать сильное воздействие на экономику и социальную сферу региона, поскольку черная металлургия имеет системообразующий эффект.

  1. Выбор первоочередности освоения месторождений для дальневосточной черной металлургии – важный фактор решения проблемы. В качестве источников железорудного сырья для дальневосточной черной металлургии в результате проведенных во второй половине прошлого века работ [2] были определены следующие месторождения: Гаринское и Кимканское (детально разведанные), а также Сутарское, Костеньгинское, Таежное, Дёсовское, Тарыннахское, Ималыкское, Чарское (требующие дополнительных работ). Эти месторождения рассредоточены по четырем железорудным районам, находящимся на значительных расстояниях друг от друга, и представлены разными геолого-промышленными типами руд: Южно-Алданский (общие запасы магнетитовых, мартитовых и полумартитовых руд составляют 5,4 млрд. т, детально разведанные – 3,3 млрд. т); Чаро-Токкинский (разведанные запасы железистых кварцитов – 3,9 млрд. т); Мало-Хинганский (общие запасы железистых кварцитов – 1 млрд. т, детально разведанные – более 0,7 млрд. т), Селемджинский (разведанные запасы скарново-магнетитовых руд – около 400 млн. т, с перспективой разведки новых некрупных месторождений этого же типа). Месторождения Мало-Хинганского и Селемджинского районов, находящиеся в благоприятной географо-экономической ситуации уже осваиваются, месторождения Южно-Алданского и Чаро-Токкинского районов имеют более крупные общие запасы, но находятся в неблагоприятной географо-экономической зоне.

В течение 2005-2006 гг. на фоне значительного подъема цен на минеральное сырье (в частности, на железные руды: в 2004 г. – на 19%, в 2005 г. – на 71,5%, в 2006 г. – на 19%) и ожидаемого дальнейшего их роста (действительно, в 2008 г. средние цены на кусковую руду возросли до 200 долл./т, на железорудную мелочь и концентрат – до 150 долл./т, на окатыши – до 220-245 долл./т) в Дальневосточном регионе были предприняты первые практические шаги в направлении реализации проекта создания дальневосточной черной металлургии: права на разработку Кимканского, Сутарского, Гаринского месторождений были получены компаний Peter Hambro Mining (сменившей позже название на «Петропавловск», с дочерней компанией Aricom, преобразованной затем в компанию IRC с гонконгским участием).

Право на освоение железорудных месторождений Якутии – Таежное, Дёсов- ское, Тарыннахское и Горкитское – с общим объемом запасов свыше 5 млрд. т руды (за 5,3 млрд. руб.) в 2008 г. получила АК «Алроса», которая создала для их освоения компанию «ГМК «Тимир» (г. Нерюнгри). По условиям тендера инвестор должен был к 2015 г. построить ГОК мощностью 15-20 млн. т руды в год, а к  2020 г. – сталеплавильный комбинат мощностью 5-6 млн. т в год. С самого начала компания «Алроса» была заинтересована в привлечении в акционерный капитал ГМК «Тимир» крупного стратегического инвестора из числа международных или российских компаний, которые имеют и опыт освоения железорудных месторож- дений, и свободные мощности по производству стали. В 2011 г. компания «Алроса»  выбрала  российский  металлургический  холдинг  Evraz  партнером в проекте «Тимир» (51% проекта). Тогда же было предложено изменить лицензионное соглашение, чтобы отложить строительство сталелитейного производства по проекту «Тимир» на срок после 2020 г., а до этого времени ограничиться созданием ГОКов. Кроме того, компания «Алроса» предполагала начать освоение с 2013-2014 гг. месторождения Таежное, расположенное ближе других к железной дороге (мощность карьера на нем, как ожидается, составит 15 млн. труды в год). Инвестиции в первую фазу проекта «Тимир» оценивались в 1,8 млрд. дол. до 2018 г. В середине 2014 г. было объявлено о том, что компания Evraz намерена начать строительные работы на месте ГОКа во втором квартале 2015 г., чтобы в конце 2016 г. ввести в действие Таежный ГОК, который выйдет на проектную мощность – 3 млн. т железной руды с производством 1,6 млн. т железорудного концентрата в год – в 2017 г. Первичное обогащение руды будет происходить на ГОКе. Далее продукт будет доставляться на Абагурскую обогатительную фабрику (Кемеровская область) для вторичного обогащения, затем железорудный концентрат будет отгружаться на Западно-Сибирский металлур- гический комбинат (Новокузнецк). Абагурская обогатительная фабрика и Западно- Сибирский металлургический комбинат принадлежат компании Evraz [3; 4].

На территории региона интерес к железорудному сырью (ЖРС) проявляет также крупная специализированная отечественная металлургическая компания «Ме- чел», которая разрабатывает Эльгинское угольное месторождение в южной Якутии. Компания приобрела лицензии на право пользования недрами с целью изучения, разведки и добычи железных руд в пределах Сутамской площади, а также на Пионерском и Сиваглинском месторождениях (в Республике Саха (Якутия). Сутамский железорудный район включает несколько перспективных железорудных объектов с прогнозными ресурсами 1,35 млрд. т, среднее содержание железа составляет 32–40%. Балансовые запасы Пионерского месторождения составляют более 137 млн. т руды, Сиваглинского – 26,4 млн. т руды.

Безусловно, месторождения, предлагавшиеся для освоения, имеют значительные запасы, а часть из них – и хорошее качество руд. Но есть ряд факторов, рас- смотренных многими специалистами [5-7 и др.], в том числе и автором данной статьи [8-13 и др.], с учетом которых первоочередным следует признать освоение месторождений южной части Дальнего Востока – Гаринского, Кимканского, Сутарского и других, поскольку их запасов достаточно для обеспечения дальневосточной черной металлургии на несколько десятилетий.

  1. Проблема создания дальневосточной металлургии включает две важные взаимосвязанные подпроблемы, связанные с местом строительства завода и схемой снабжения его сырьем, в первую очередь железорудным. Основными территориями размещения завода и железорудной базы считались Южная Якутия или Приамурье. Было предложено и обосновано несколько вариантов, в том числе комбинированных, организации металлургии. Наиболее рациональным считалось строительство металлургического комбината на Амуро-Зейской равнине на Транс- сибирской железнодорожной магистрали (в юго-восточной части Амурской облас- ти или на прилегающей территории ЕАО), так как это позволяет исключить ряд отрицательных факторов, свойственных территориям, расположенным севернее: малую плотность населения и низкий уровень хозяйственного освоения, высокие транспортные расходы по перевозке готовой продукции потребителю, высокие доплаты к заработной плате трудящихся в тяжелых климатических условиях и в отдаленных регионах, удорожание строительства в условиях вечной мерзлоты и сейсмичности, значительные затраты на водоснабжение, осуществление природоохранных и санитарно-гигиенических мероприятий, продовольственное снабжение населения и др. По расчетам специалистов, условия окружающей среды, проблемы адаптации приезжего населения, создание системы жизнеобеспечения для него и, следовательно, условия жизни людей, к примеру, на широте г. Свободный (Амурская область) примерно в два раза предпочтительнее (в условном выражении), чем в пос. Чульман (Нерюнгринский район Якутии). Юго-восточная часть Амурской области, лежащая на Амуро-Зейской равнине, – наиболее подготовленная территория для строительства металлургического комбината и по расположению месторождений железорудного и вспомогательного сырья, и по имеющейся транспортной сети. Она предпочтительнее и как место привлечения населения. Здесь и в соседней Еврейской автономной области находятся месторождения (Гаринское, Кимканское и Сутарское), в первую очередь привлекшие внимание инвесторов и имеющие наилучшие технико-экономические показатели освоения.
  1. Дифференциация разведанных запасов месторождений железных руд по качеству руд. Территории, на которых размещены эти месторождения обусловлены большим разнообразием природных условий и технико-экономических показателей их освоения [14] (таблица).

Таблица. Основные показатели разведанных месторождений железных руд Дальневосточного* региона при условии открытой разработки относительно Гаринского месторождения

Показатель Таежное Дёсовское Кимканское

+Сутарское

Эксплуатационные запасы руды, в n раз 1,68 1,76 1,92
Содержание железа в сырой руде, в n раз 0,92 0,60 0,76
Годовая производительность ГОКа по сырой руде (Гаринское – 7 млн. т) 9 10 16
Себестоимость 1 т добычи сырой руды, в n раз 1,39 1,26 1,09
Коэффициент извлечения полезного ископаемого, в n раз 1,05 0,95 0,98
Годовая производительность ГОКа по концентрату (Гаринское – 2,93 млн. т) 4,21 2,92 6,13
Содержание железа в концентрате, в n раз 0,98 0,98 0,94
Себестоимость 1 т концентрата, в n раз 1,14 1,90 1,05
Капитальные вложения на производство концентрата, в n раз 1,61 1,69 1,74
Стоимость затрат на производство концентрата, в n раз 1,47 2,00 1,86
 

 

* Расчеты, выполненные по сопоставимым данным на 1990 г. [2], и более поздние [10] пересчитаны: абсолютные цифры переведены в относительные: показатели Гаринского месторождения (как не само- го крупного, но признанного лучшим для условий региона по сумме характеристик) приняты за единицу.

 

Предыдущие расчеты (1990 г. и 2005 г.) до сих пор не утратили актуальности, так как соотношения показателей, по которым они рассчитывались, существенно не изме- нились; запасы, содержания железа, технологические характеристики месторождений изменились незначительно, географо-экономические и горно-технические условия – остались прежними. Данные прежних расчетов можно было бы обновить с учетом сегодняшних цен, но и от этого соотношения не изменятся, так как в них учтено главное – качество месторождений (объем запасов руды и содержание железа в руде). Такие укрупненные расчеты показывают, что разработка месторождений южной части региона – Гаринского, Кимканского и Сутарского – экономически оправданна по сравнению с южноякутскими.

Показатели месторождений Чаро-Токкинского железорудного района в еще большей степени уступают показателям месторождений южной части региона.  До начала освоения Тарыннахского и Горкитского (как и других южноякут ских) месторождений необходимо выполнить дополнительные геолого-разведочные и исследовательские работы. Тарыннахское и Горкитское  месторождения имеют низкое содержание железа общего (менее 30%), сложные горно-технические показатели, высокий коэффициент вскрыши в расчете на 1 т руды (для сравнения: для Гаринского месторождения коэффициент вскрыши составляет 2,96 т/т, для месторождений Еврейской автономной области – 2,84-4 т/т, для Таежного и Дёсовского – 4,45-4,67 т/т). Затраты только на добычу руды Тарыннахского и других месторождений Чаро-Токкинского района по коэффициенту вскрыши будут значительными (а значит, малоконкурентными): потребуется больше оборудования, машин, механизмов и затрат труда, чем для аналогичных производств на месторождениях с более высоким содержанием железа общего (относительно Гаринского не менее, чем в 1,25 раз, Кимканского и Су- тарского – в 1,14 раз, Таежного – в 1,38 раза) [10].

  1. Железорудные запасы и ресурсы Дальнего Востока, некоторые особенно- сти которых должны быть учтены в процессе их освоения. Ресурсы железных руд региона разнообразны по составу: железистые кварциты, скарново- магнетитовые руды, комплексные апатит-ильменит-титано-магнетитовые и др. Большинство месторождений региона имеет невысокое качество руд, лишь на некоторых могут быть выделены объемы руд с качествами, позволяющими использовать их даже в бездоменной металлургии. Доведение руд более низкого качества до высокосортных потребует и соответствующих затрат. Таким образом, торговля малоподготовленным железорудным сырьем заведомо невыгодна. Технологическая же подготовка сырья (если она необходима) должна осуществляться на созданном на месте добычи металлургическом комплексе, с разными технологическими решениями, доводящими продукт до максимальной степени передела. Последнее, особенно в сочетании с тем обстоятельством, что территория Дальнего Востока является также областью распространения многих месторождений цветных и редких металлов, позволяет организовать здесь ферросплавное производство, наиболее востребованное и экономически выгодное [6-8].

Поскольку ресурсы железных руд региона значительны и разнообразны по качеству, существенно важно выбрать оптимальную мощность и структуру производства. Черная металлургия Дальневосточного экономического района должна быть самодостаточной и нацеленной в первую очередь на полное обеспечение металлопродукцией потребностей разных  отраслей  региона  по  всему  сортаменту. В этих целях эффективным может стать сочетание комбината полного цикла и узкоспециализированных заводов с безкоксовым производством металлопродукции. Это позволит, несмотря на традиционно более высокую себестоимость дальнево сточной продукции, исключить еще более дорогие транспортные издержки при поставках в регион металлопродукции для многих проектов, каждый из которых снабжается привозным металлом по собственным схемам. Себестоимость производства – один из ключевых вопросов. На состоявшейся в апреле 2014 г. в Москве практической конференции по мини-заводам и электросталеплавильным производствам металлургических комбинатов полного цикла специалисты и эксперты, работающие в черной металлургии, отмечали, что себестоимость продукции на специализированных мини-заводах будет всегда выше, чем на комбинатах полного цикла, и что рентабельность в металлургическом производстве зависит не от высоких переделов, а от сырья (хотя не все так однозначно: у комбинатов полного цикла транспортная составляющая в себестоимости всегда высока, у традиционной металлургии по сравнению с мини-заводами в себестоимости есть и другие дополнительные расходы). Мини-заводы и электросталеплавильные цехи комбинатов полного цикла рентабельны, если потребители и поставщики сырья расположены в радиусе 500 км (и не пользуются перевозками РЖД).

  1. Проблемы Дальневосточного экономического района, обусловленные необходимостью снижения себестоимости сырья. В июле 2010 г. первая тонна железной руды была добыта и отправлена на рудный склад опытно-промышленного карьера Кимкано-Сутарского ГОКа дочерней компании ГК «Петропавловск» – Ее переработка началась после строительства на комбинате обогатительной фабрики. В 2015 г. Кимкано-Сутарский ГОК произвел 0,5 млн. т концентрата с содержанием железа 65% и, как ожидают в компании, быстро достигнет полной мощности 3,2 млн. т уже до конца 2016 г. Другое месторождение компании – Гаринское – полностью подготовлено к освоению.

Считается, что более форсированное продолжение работ сдерживается отсутствием железнодорожного моста через Амур в Китай и железной дороги от Гаринкого месторождения к Транссибу или БАМу (предпочтительнее строительство сквозной дороги, соединяющей БАМ с Транссибом). На самом деле приоритетной задачей является строительство металлургического комплекса на территории Еврейской автономной области (как это обосновано разработками ГК «Петропавловск») или на прилегающей площади южной части Амурской области.

В ситуации 2015-2016 гг., когда значительно снизились мировые цены на железорудное сырье, еще больше обострились дальневосточные проблемы (и не только в железорудной отрасли). В декабре 2015 г. компания IRC объявила о приостановке добычи на Куранахском месторождении и переводе предприятия в режим поддержания работоспособности: из-за нерентабельного производства железной руды на месторождении ее себестоимость составляла 53 долл./т, а во II кв. 2015 г., по данным Bloomberg, на мировом рынке в середине декабря 2015 г. руда с 62-процентным содержанием железа стоила 39 долл./т. Компания IRC разрабатывает это титаномагнетитовое месторождение как железорудное и добывает 1 млн. т железной руды в год, ей принадлежит пять месторождений на территории Дальневосточного региона (Гаринское, Кимканское, Сутарское, Куранахское, Большой Сейм) и одно – в Китае. На Куранахском месторождении в первом полугодии 2015 г. было произведено около 550 тыс. т руды. Себестоимость производства, согласно главному проекту компании IRC, на Кимкано- Сутарском ГОК, вложения в который с 2012 г. составили 277 млн. долл., по расчетам компании, в 2016 г. составит 34 долл./т, а в 2017 г. (после завершения строительства мос- та через Амур) даже ниже – 28 долл./т. Основным рынком для продукции компании IRC определен Китай. Но Китай замедляет темпы строительства и поэтому снижает закупки железной руды. По определению аналитиков, отгрузки ЖРС в Китай нерентабельны даже при минимальной себестоимости 12 долл./т, а транспортировка ЖРС обходится минимум в 20 долл./т. Примерно половина собственно китайских производителей ЖРС – небольшие компании, разрабатывающие месторождения с низким качеством руды при цене руды ниже 40 дол./т, убыточны. Основными поставщиками ЖРС – компании Rio Tinto, Vale, BHP Billiton – увеличивают производство каче-ственного ЖРС и еще больше снижают себестоимость (для сравнения: себестоимость на Стойленском ГОКе НЛМК в III кв. 2015 г. составила 12 долл./т, а на предприятии «Карельский окатыш» в 2014 г. – 30,7 долл./т. Падение цен на ЖРС не привело к закрытию производства также на «Северстали» и у «Металлоинвеста») [15; 16].

  1. Важнейшей проблемой освоения железорудного сырья и создания полнофункциональной черной металлургии в регионе является потребность значительных капиталовложений на территории, имеющей невысокий достигнутый экономический потенциал. Капитальные вложения в освоение первоочередных железорудных месторождений и строительство нового металлургического комбината полного цикла составляют в различных вариантах  от 3,1 до 12,6 млрд. долл. [10]. Поэтому реализация стратегии освоения на  Дальнем Востоке таких базовых полезных ископаемых, как  железные  руды,  развития черной металлургии в полном объеме возможна  при  государственно-частном партнерстве, учитывая, что обеспечение металлопродукцией находится  в сфере интересов каждого субъекта ДФО и страны. Это соответствовало бы и мировой практике, поскольку проблемы черной металлургии (с учетом их большой капиталоемкости,  долговременности и сложности  проекта)  находятся в  значительной  взаимосвязи  с  государственными стратегиями  и решениями. В данном случае участие государства должно быть превалирующим.

Все перечисленные проблемы, несомненно, важны, но самой главной все же является недостаточность населения и трудовых ресурсов в ДФО. Эта проблема может быть решена в первую очередь с помощью создания фундаментальной для экономики региона отрасли – черной металлургии полного цикла. Регион может стать более привлекательным для населения с появлением новых перспектив, по- вышением его миграционной способности, сравнимой хотя бы с возможностями западных территорий России.

 

* * *

 

  1. Дальневосточный регион, в отношении которого провозглашен новый стратегический курс, до сих пор не имеет собственной черной металлургии полного цикла, без которой вряд ли целесообразно рассчитывать на его осуществление. Регион в целом можно считать слаборазвитой экономико-географической территорией. Возможности ее развития следует рассматривать с точки зрения обеспечения развития промышленности преимущественно на базе ее собственных ресурсов с минимальным привлечением экспортных ресурсов.
  2. Перспективы действующего в настоящее время в регионе металлургического комплекса «Амурметалл» таковы, что могут покрыть потребности только ранее сложившегося хозяйства. Возможно, для улучшения показателей Амурметалла его следует «специализировать», например, перевести на выпуск только рельсов (и тогда интегрировать с ОАО РЖД»), или только труб большого диаметра для строительства газо- и нефтепроводов (и тогда интегрировать с «Газпромом» или «Роснефтью»), или бурового оборудования, или оборудования для морских платформ, или металла для специализированного судостроения, или металлоизделий для строительства. Узкая специализация поможет сократить трансакционные издержки, а интегрирование с крупным потребителем будет выгодно, поскольку потребитель может взять на себя удорожание продукции Амурметалла (неизбежное в условиях Дальнего Востока), возместив сокращение транспортных затрат при завозе необходимых металлоизделий от производителей, находящихся за пределами Дальнего Востока (как это делается сейчас). Специализация поможет Амурметаллу быстрее достигнуть высокого качества своей продукции и завоевать авторитет на рынке.
  3. Особо следует отметить ориентацию администрации субъектов ДФО и предприятий железорудной отрасли Дальневосточного региона на экспорт, в то время как всевозрастающая «внутренняя» потребность в металлопродукции удовлетворяется за счет дорогостоящего внутреннего и внешнего импорта. При этом совершенно не учитываются такие особенности отрасли, как зависимость от торговой политики импортирующих государств; потребность в мерах государственной поддержки; наличие конкуренции между производителями из разных стран, а также российских горно-добывающих предприятий и металлургических комплексов, которая будет наиболее острой при сокращении экспортных возможностей; зависимость общего объема выпуска от объема экспорта, следствием которой является сокращение инвестиционной активности предприятий.

Идея ориентации только на экспорт железорудного сырья или вывоз его в другие регионы России (хотя план компании Evraz в стратегии освоения железорудных ресурсов ДФО для своих заводов представляется обоснованным) наименее приемлема. Это станет сведéнием всех длительных усилий государства по созданию железорудной базы региона к самому нежелательному исходу – продаже по бросовым ценам железо-рудного сырья. Стремление к скорейшему экспорту железных руд в намерениях всех субъектов ДФО, обладающих их ресурсами, недальновидно и ошибочно, поскольку является разбазариванием надежного резерва дальневосточной металлургии. Обладание разведанными запасами и еще большими ресурсами железных руд именно такого качества, каким оно является, должно вести к использованию их на новом дальневосточном металлургическом комбинате.

Россия экспортирует железную руду в сравнительно небольших количествах (гораздо заметнее ее присутствие на мировом рынке полуфабрикатов и стального проката: на протяжении последних 10-15 лет на Россию приходилось примерно 5% миро- вого экспорта продукции черной металлургии). Мировой рынок стали, ЖРС, других минеральных ресурсов имеет ярко выраженный циклический характер во многом определяемый в последние годы поведением Китая на рынке и железорудного сырья и металлопродукции. На рынок воздействует слишком много факторов, которые могут проявиться непредсказуемым образом. Поэтому эксперты сходятся во мнении, что долгосрочные прогнозы на мировом рынке железной руды – дело сложное.

С начала 2014 г. мировые цены на железорудное сырье снизились на 30% (в 2015 г. еще больше). На фоне увеличения предложения со стороны ведущих горно- добывающих мировых компаний-гигантов – Vale, BHP Billiton и Rio Tinto – в расчете на Китай мелкие и средние производители руды свертывают или закрывают производство. Это сигнал дальневосточным проектам компаний IRC и «Тимир» о том, что выбранная ими стратегия экспорта железорудного сырья в Китай, с его огромным импортом из Австралии, Бразилии и не только, и лишь последующем создании металлургических предприятий (даже декларируемым недостаточно определенно) неверна. О том, что себестоимость дальневосточного железорудного сырья заведомо будет высокой и вряд ли конкурентной на мировом рынке известно давно [9]. Сравнительно небольшие поставки железорудного сырья с дальневосточных месторождений для Китая не имеют заметного значения на фоне общего объема его экспорта ЖРС. На фоне этих обстоятельств и отсутствия большого числа вариантов у дальневосточных проектов, в силу их географического положения, вероятен ценовой диктат со стороны покупателей, что станет дополнительным фактором экономической нестабильности. У проекта «Тимир» есть возможность внутреннего экспорта на металлургические предприятия компании Evraz. Но наиболее правильным решением является первоочередное строительство Дальневосточного металлургического комбината – ДВМК – (хотя бы в течение ближайших пяти лет, учитывая и российскую, и тем более «дальневосточную» поправку на обычное невыполнение сроков  и связанное с этим удорожание проектов) с отсрочкой проекта «Тимир» на время, на которое хватит ЖРС Кимкано-Сутарского и Гаринского ГОКов.

  1. Практическая отдача от дальневосточной черной металлургии могла бы быть получена, если бы выполнялись сроки лицензионных условий освоения месторождений, а государство приняло бы в этом более активное участие: аналогичные проекты за рубежом выполняются в течение трех-пяти лет. В настоящее время в мире освоение железорудных месторождений предполагает строительство на них не только обогатительных фабрик для производства концентратов, но, главное, заводов по производству железорудных окатышей, губчатого железа и на их базе – металлургических заводов с широкой или узкой специализацией в зависимости от потребностей страны или региона (в частности, строятся заводы по оцинкованию стального листового проката, который пользуется большим спросом в современном строительстве и быстро окупается. Таких предприятий пока в России мало. Россия в последние два-три года ежегодно импортирует из Китая около 1 млн. т оцинкованной стали с полимерным покрытием). Ввод в эксплуатацию таких проектов позволит отказаться от вывоза добываемой железной руды в виде сырья и производить на месте необходимую для сталелитейной промышленности продукцию с высокой добавленной стоимостью.
  1. Возможно, в интересах экономики региона и страны нужны организационные изменения, диктуемые реальной жизнью. Компания «Петропавловск», несомненно, заслуживает большого уважения, и прежде всего за новаторство, деловое чутье и результаты работ в течение более 20 лет. Достигнуты большие результаты: выполнена главная задача – построены ГОК и обогатительная фабрика. Однако крайне важно параллельное строительство металлургического предприятия. Но хватит ли возможностей у компании для строительства не только высокотехнологичного производства, но и полнообъемной черной металлургии, которая необходима в Дальневосточном регионе?
  2. Металлургические предприятия являются стратегическими объектами, поэтому в ряде стран они (или их часть) принадлежат или контролируются государ- ством. Железорудные ресурсы Дальневосточного региона, несомненно, имеют стратегическое значение: создание черной металлургии на Дальнем Востоке значительно укрепило бы экономический потенциал региона, освоение которого представляет собой одну из крупных конкретных современных научно-экономических проблем страны [5].

 

Литература

 

  1. Федеральная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Байкаль- ского региона на период до 2025 года». Режим доступа: http://www.minvo.stokrazvitia.yandex.ru
  2. Антоненко Л.А. и др. Железорудная база России / Под ред. В.П. Орлова, М.И. Веригина, Н.И. Голивкина. М.: ЗАО «Геоинформмарк», 1998. 842 с.
  3. Григорьев В.П. Роль Южно-Якутских горно-металлургических комплексов в формировании Дальневосточного металлургического кластера // Региональная экономика: теория и практика. № 14. С. 12-15.
  4. Данилов Ю.Г., Григорьев В.П. Стратегия развития Дальневосточного металлургического кластера // ЭКО. 2015. № 5. С. 99-110.
  1. Коноплев И.И. Дальневосточная база черной металлургии (об экономической эффективности различных вариантов размещения). Амурский межотраслевой обл. совет науч.-техн. о-в. Хабаровск: Книжное изд- во, 1966. 136 с.
  2. Михеев Н.И., Бабун Р.В., Старостин А.Н. Организация металлургического производства в Амурской области как составная часть создания металлургического комплекса на Дальнем Востоке // Перспективы комплексно- го развития производительных сил Амурской области. Часть Благовещенск, 1982. С. 80-82.
  3. Усков М.Е. Вопросы развития металлургического производства на Дальнем Востоке. Всесоюзная научно-практическая конференция «Развитие и размещение производительных сил и транспортное обеспе- чение Дальневосточного экономического района», секция 5. Хабаровск, 1984. С. 9-12.
  4. Усков М.Е., Мардоян А.С., Мелик-Степанов Ю.Г. Вопросы развития черной и цветной металлургии в Хабаровском крае. Научно-практическая конференция «Проблемы и основные направления комплексного развития и размещения производительных сил Хабаровского края до 2000 г.», секция Хабаровск, 1982. С. 15-17.
  5. Архипов Г.И. Перспективы зоны Байкало-Амурской магистрали на железные руды // Советская геология. 1979. № 11. С.78-89.
  6. Архипов Г.И. Дальневосточная черная металлургия: железорудносырьевая база и возможности развития. Хабаровск: ИГД ДВО РАН, 2005. 234 с.
  7. Архипов Г.И. Минеральные ресурсы горнорудной промышленности Дальнего Востока. Обзор состояния и возможности развития. М.: Горная книга, 2011. 830 с.
  8. Архипов Г.И. Горнорудная промышленность. Минеральные ресурсы России // Экономика и управление. 2013. № 5. С. 164-175.
  9. Архипов Г.И. Территориально-корпоративная организация горнорудной промышленности Дальнего Во- стока // География и природные ресурсы. 2015. № 1. С. 135-141. DOI 10.1134/S1875372815010126 (SpringerLink http://link.springer.com/article/ 1134/S1875372815010126).
  10. Архипов Г.И., Кулиш Е.А., Кулиш Л.И., Меркурьев К.М., Фрумкин И.М. Железные и марганцевые руды Дальнего Востока. Владивосток, 1985. 296 с.
  11. Помельников И.И. Состояние и перспективы развития железорудной промышленности в условиях «медвежьего рынка» (начало) // Горная промышленность. 2015. № 4. С. 28-34.
  1. Помельников И.И. Состояние и перспективы развития железорудной промышленности в условиях «медвежьего рынка» (окончание) // Горная промышленность. 2015. № 5. С. 18-22


.