Интервью: “РЖД впереди паровоза”

Электронное издание «Наука и технологии России»

Январский рост цен на транспортные услуги уже перестает удивлять, но не перестает вызывать серьезные проблемы в российской экономике, убежден заведующий лабораторией анализа и прогнозирования микроэкономических процессов Дмитрий Кувалин.

– Дмитрий Борисович, оправдано ли, на Ваш взгляд, повышение транспортных тарифов?

— На мой взгляд, нет. В течение последних лет тарифы на товары и услуги наших монополистов зачастую растут намного быстрее, чем средний индекс роста цен производителей в промышленности и сельском хозяйстве и чем индекс потребительских цен. Особенно значительным опережение монопольных цен было в 2005, 2006 и 2009 годах, когда разница в пользу монополистов достигала 5 или даже 10 процентных пунктов. Иными словами, монополисты могли поднять свои тарифы сразу на 15 процентов, в то время как в других секторах цены вырастали только на 5—10 процентов.

Такую ценовую политику я считаю не слишком правильной. Во-первых, она создает серьезные проблемы для развития всех остальных секторов нашей экономики, провоцируя опережающий рост издержек по всей технологической цепочке.

Во-вторых, я ни разу не видел убедительных и прозрачных объяснений, которые доказывали бы, что монопольные тарифы надо повышать опережающими темпами.

Да, представители монополий говорят нам о том, что у них изношена инфраструктура, надо менять машины и оборудование — словом, им надо модернизироваться! Однако такая проблемы есть везде — всем надо обновлять основные фонды, всем надо модернизироваться. Следовательно, потребность в модернизации — очень слабый аргумент.

Причём если остальных сдерживать рост цен вынуждает либо конкуренция, либо падение спроса, то монополии в силу своего положения могут ничем себя не ограничивать.

Давайте всё-таки будем стремиться к работе на равных, хотя бы для того чтобы соблюсти правила справедливой межотраслевой конкуренции.
Другие объяснения также трудно считать удовлетворительными. Например, железнодорожники уверяют нас, что грузовые перевозки прибыльны, а пассажирские (особенно пригородные) страшно убыточны. Я каждый день езжу на электричке — они битком забиты, в одном составе едут тысячи людей, большая часть из которых покупает довольно дорогие билеты. Возьмем условный расчёт: в часы пик в подмосковной электричке успевает проехать не менее 500 человек с билетами со средней стоимостью 50 рублей. Суммарная выручка — 25 тысяч рублей за рейс (и это еще умеренная оценка). Слабо верится, что бизнес с такой разовой выручкой нельзя превратить в прибыльный.

Тем более что нам никогда не рассказывают, как расчётчики тарифов распределяют издержки между грузовыми и пассажирскими перевозками. А ведь хорошо известно, что почти все издержки на поддержание путевого хозяйства связаны с повреждениями, возникающими от прохождения тяжелых товарных поездов, в то время как лёгкие пассажирские поезда пролетают без особых последствий для дороги.

Поэтому возникает вопрос к железнодорожникам: как вы «раскидываете» эти издержки? Как много вы списывает на пассажирские перевозки? Дайте проверить! Ведь с помощью арифметических манипуляций можно всё что угодно объявить прибыльным или убыточным. Но, к сожалению, все наши естественные монополисты, и железная дорога в частности, являются очень непрозрачными компаниями, и потому в отсутствие надлежащего контроля там могут происходить недопустимые вещи.

– С помощью арифметических манипуляций можно всё что угодно объявить прибыльным или убыточным.

– Мне кажется, государство могло бы на ближайшие годы внедрить такой принцип: товары и услуги естественных монополий не могут расти быстрее, чем сводный индекс цен производителей в отраслях реального сектора. Во-первых, этот принцип облегчит развитие всем остальным секторам нашей экономики. Во-вторых, это правило станет хорошим стимулом для инвестиций (а значит и инноваций) у самих естественных монополистов. Они поймут, что не могут повышать цены произвольным образом. Значит, единственным способом для сохранения высокой нормы прибыли станет снижение издержек. А основной способ снижения издержек — всё те же инновации и модернизация: внедрение менее энергоемкой техники, закупка более современных материалов, более четкая организация производства, снижение потребности в рабочей силе и т. д.

– Монополисты все время твердят о том, что они сдерживают цены…

— Твердят, но так ли это на самом деле? Вспомните, что произошло в прошлом году. Цены производителей не то что не росли, они упали на несколько процентных пунктов (индекс цен производителей за первые 10 месяцев 2009 года равнялся 94,3 процентов), а между тем цены естественных монополистов росли преимущественно двузначными темпами.

Товары и услуги естественных монополий не могут расти быстрее, чем сводный индекс цен производителей в отраслях реального сектора

Убеждён, что государство должно ввести более жесткие ограничения на рост цен на товары и услуги естественных монополий.

Вспомним, что после кризиса 1998 года цены монополистов были на некоторое время фактически заморожены, что стало одним из главных факторов роста отечественного реального сектора. Я не утверждаю, что сейчас надо повторить этот опыт. Однако детально разобраться с издержками монополистов просто необходимо. Если они сумеют при помощи цифр и фактов доказать независимым экспертам, что их положение хуже, чем у других, то к доводам монополистов о желательности опережающего роста цен можно прислушаться. Если нет, то извините — государство само назначит вам ориентиры для роста.

К сожалению, антимонопольное регулирование в нашей стране работает ещё недостаточно эффективно, и потому о предложенном мной независимом аудите технико-экономических обоснований, приводимых монополистами, пока приходится только мечтать.

Беседовала Светлана Синявская

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *