Видео
Выступление состоялось в рамках прошедшей 19-21 марта 2025 г. VII-й Всероссийской научно-практической конференции «Анализ и прогнозирование развития экономики России», организованной ИНП РАН и ИЭОПП СО РАН.
Презентация
Тезисы
Пространственное развитие в стратегических приоритетах китайской модернизации: опыт и уроки для России[1]
Основной проблемой пространственного развития Китая в разные исторические периоды времени была и остается проблема региональных неравенств и неравномерности в уровнях развития ее территорий. История «разрыва» между Востоком и Западом Китая насчитывает тысячи лет, он существует и сегодня. В то же время важнейшей проблемой, проявившейся в последние десятилетия, стал существенный пространственный диспаритет в развитии северных и южных территорий страны. С позиций концентрации ресурсов и экономической мощи, производственной и технологической активности в России существует водораздел по линии «Запад – Восток», а в Китае по линии «Север – Юг». Богатые ресурсами обширные территории двух стран, но менее развитые в экономическом отношении (Азиатская Россия и Северо-Восток Китая) граничат друг с другом. Это объективно содержит в себе как потенциал их взаимодополнения и трансграничного сотрудничества, так и накладывает объективные ограничения на такие взаимодействия.
С начала нового века Китай резко усилил поддержку «проблемных» макрорегионов (в первую очередь Западного и Северо-Восточного) с помощью специальных национальных стратегий. Их реализация оказала важное влияние на пространственную структуру Китая; относительный разрыв в региональном развитии перешел от расширения к сокращению. Так, при реализации «Стратегия возрождения старопромышленной базы Северо-Востока» объем инвестиций в экономику макрорегиона с 2003 по 2015 гг. увеличился в десять раз. Эти усилия первоначально принесли свои результаты. С 2003 по 2013 гг. экономический рост трех северо-восточных провинций в большинстве лет был выше, чем в среднем по стране. Это дало основание назвать этот период «золотым десятилетием» Северо-Востока.
Однако в дальнейшем импульс развития Северо-Востока, приданный данной Стратегией, был исчерпан и этот макрорегион стал развиваться темпами, заметно ниже среднекитайских. Решающее воздействие здесь стал оказывать структурный фактор – приоритетное развитие тяжелой промышленности. Явившись основой бурного развития этого макрорегиона с начала 50-х годов прошлого века, «утяжеленная» структура промышленности стала сейчас тормозом для дальнейших преобразований. Здесь сформировались искаженная макроэкономическая и политическая среда, высокоцентрализованная система планирования и распределения ресурсов.
В Западной зоне Китая удалось достичь больших успехов по сравнению с Северо-Востоком. Этот макрорегион, в отличие от Северо-Востока, не нес на себе бремя «ржавых поясов», связанных с доминированием в структуре производства негибкой и архаичной тяжелой промышленности. Именно поэтому и институциональные проблемы стоят здесь менее остро, и результативность реализации национальной стратегии поддержки развития макрорегиона показала большую результативность, чем на Северо-Востоке. Очень серьезный импульс развития придало крупное инфраструктурное строительство, направленное на повышение связности всех его территорий. Для российской практики пространственного развития особый интерес представляет Автономный район Внутренняя Монголия как типичный регион ресурсного типа, схожий по природно-климатическим и ресурсным условиям с регионами южной зоны Азиатской России. Но Внутренняя Монголия в отличии от них сумела реализовать эффективную программу модернизации и диверсификации производства.
В нашем выступлении на конференции ИНП и ИЭОПП в 2024 г. мы высказали гипотезу, что модель развития Китая может быть «путеводной звездой» для России и ее регионов. Считаем, что эта гипотеза в целом нашла свое подтверждение. Нам удалось показать [1], что именно Китай своими стратегическими установками и реальной практикой реализует ту модель развития, на которую должна перейти Россия и ее макрорегионы. В основе этой модели сдвиг парадигмы развития: от чисто экономических и коммерческих целей и задач к росту социальной ценности, к «новому» человеку, среде обитания, к научно-технологическому лидерству. В ее основе – повышение связности пространства, усиление трансграничных взаимодействий, модернизация стратегического планирования, новая система финансово-экономических отношений центра и регионов.
Что демонстрирует Китай миру своей моделью развития?
- Реализация глобальной стратегической инициативы «Один пояс – один путь» выводит на новый уровень систему трансграничных взаимодействий КНР. Сотни миллиардов долларов, вложенные за прошедшие десять лет, сформировали новый транспортно-логистический каркас Евразии и зоны экономического сотрудничества вокруг новых транспортных коридоров (всего предполагается создать около 50-ти таких зон).
- Уровень и качество стратегического планирования в КНР – действительно новый уровень комплексности, стратегического видения и систем управления на национальном и региональном уровне. В Китае последовательно реализуется система «скользящего планирования», их пятилетние и перспективные планы в большей степени, чем в РФ, основаны на принципах индикативного планирования. Они содержат встроенные механизмы реализации и подкреплены громадными ресурсами. Достаточно четко отработаны процедуры мониторинга выполнения планов.
- Научно-технологическое развитие стало реальным базисом модернизации. В китайских планах национального и регионального уровня отражены все современные технологические тренды: цифровизация, искусственный интеллект, зеленая экономика, низкоуглеродная энергетика. Реализуется мощная поддержка формирования квалифицированных кадров китайской модернизации.
- В повышение связности своего пространства Китай является безусловным мировым лидером [ 2 ]. Так, к концу 2025 г. сетью высокоскоростных магистралей (ВСМ) будет охвачено 95% всех городов страны с численностью населения более 500 тыс. чел.; их протяженность почти в два раза превосходит протяженность ВСМ всех остальных стран мира. В КНР создана самая мощная в мире система гидротехнических сооружений, регулирующих национальную систему водопользования; полная реализация этого проекта завершится к 2050 г. и его «бенефициарами» станут около полумиллиарда человек. Это – конкретные «модельные» примеры повышения связности китайского пространства, они дополняются самой мощной в мире системой цифровой связности пространства КНР, а также политико-идеологической и институциональной связностью Китая.
Литература и информационные источники
- Seliverstov V.E. New Model for Siberia’s Development: Exploring the Contours and Feasibility // Regional Research of Russia. 2024. Vol. 14, Is. 3. P. 331-345. DOI: 10.1134/S2079970524600422
- Селиверстов В.Е. Инфраструктурные проекты как основа связности и нового пространственного каркаса Китая // Экономика региона. Специальный выпуск «Перспективы геоэкономического партнерства России и Китая» (в печати).
[1] Работа выполнена по плану НИР ИЭОПП СО РАН (проект FWZF-2024-0001).
