Интервью: «Нужно заставить бизнес повысить зарплаты в обмен на снижение налогов».

Как заявил «Гудку» директор Института народнохозяйственного прогнозирования РАН академик Виктор Ивантер, России необходима серьезная Коррекция экономической политики.

Почему вы считаете, что в России нужна смена экономического курса, новая экономическая политика? Вроде и так все идет более или менее нормально.

Новая экономическая политика нужна не потому, что старая была плохая, а новая обязательно будет хорошая. У нас в России хороших правительств, по-моему, вообще не бывает. Ко всем всегда есть и будут претензии. Новая экономическая политика нужна потому, что в стране сложилась новая экономическая ситуация – экономическая стабильность. Материальным выражением этой стабилизации является наш Стабилизационный фонд. Поэтому власть сегодня, естественно, боится его растранжирить. Но после достижения стабилизации перед страной неизбежно возникает выбор. Первый сценарий: оставить все как есть и двигаться по инерции – тогда, по нашим прогнозам, экономику ждет стагнация. Второй: перейти к активной политике развития, добиться качественного улучшения производства и темпов роста – но при этом, возможно, поставить под угрозу нынешнюю экономическую стабилизацию. Понятно, что выбор между двумя сценариями сделать непросто. Но его неизбежно придется делать.

А почему нынешний курс обязательно приведет к замедлению производства и стагнации?

Тут просто нужно вспомнить, откуда взялся нынешний рост. Подавляющая часть экономического роста России в 1999 – 2006 годах была связана с увеличением производства первичных ресурсов – то есть нефти, газа, металлов, удобрений. Добыча нефти за эти годы увеличилась более чем в полтора раза, производство черных металлов – более чем на 70%. И дальнейший рост производства первичных ресурсов такими же темпами в принципе невозможен. Но резкое падение темпов производства первичных ресурсов неизбежно приведет к снижению темпов роста ВВП уже в ближайшие годы. Это обязательно случится, если сохранится нынешняя сырьевая структура экономики и сохранятся высокие темпы роста импорта. Проблема в том, что импорт растет сверхвысокими темпами – по 15 – 20% в год в реальном выражении уже более 6 лет. Продолжение этой тенденции в течение пяти – семи лет приведет к стопроцентному покрытию прироста спроса населения за счет импорта. А доходы не будут расти без увеличения производства – это азбучная истина. Круг замкнется – экономика вступит в период стагнации без видимых шансов на восстановление значимого экономического роста. Наша экономика достигла предела доступного ей уровня конкурентоспособности. Дальше без специальных мер поддержки обрабатывающая промышленность России в целом – а не только отдельные ее неэффективные сегменты – не в состоянии увеличить товарное предложение на рынке. Мы сегодня сидим на нефтяной игле. Но прекратить добывать нефть и начать всем писать компьютерные программы на экспорт – это просто нереально. Построить рядом с нынешней сырьевой другую экономику не удастся. В этих условиях основная нагрузка по ускорению экономики ложится на отрасли-локомотивы и часть сферы услуг.

Но как раз с отраслями-локомотивами правительство и не может определиться…

Из сотни укрупненных отраслей экономики в состоянии обеспечить рост выше 10% в год не более пятнадцати. В их числе – автомобильная промышленность, ряд отраслей инвестиционного машиностроения и химии, строительство, сфера финансовых услуг, связь, наука и научное обслуживание. В режиме импортозамещения и при определенной поддержке государства возможно также ускоренное развитие легкой промышленности. Но только за счет этого списка отраслей невозможен настоящий рывок в экономике. Прирост производства должны дать изменения во внутриотраслевой структуре производства. Именно внутриотраслевая специализация – это ключ к общему ускорению. Рост обеспечат не отрасли в целом, а отдельные предприятия и даже отдельные производства на них, которые встроятся в глобальное разделение труда.

Вы продолжаете формулировать цели нового курса, по-прежнему исходя из удвоения ВВП? Но, похоже, эта задача сегодня не столь актуальна.

Формулировка цели развития – это принципиально важный и даже, можно сказать, политический вопрос. И я уверен, что цель развития нельзя формулировать в макроэкономических показателях – таких, например, как знаменитое удвоение ВВП. Как экономист, могу утверждать: ясное понимание, что такое ВВП, имеют не более десяти человек в России. Перегонки с другими странами также не заменяют внятного определения целей развития. Напомню, что СССР хотел догнать США по потреблению мяса. А еще недавно мы хотели перегнать Португалию – надеюсь, что не по производству портвейна. У меня нет готового ответа – какими должны быть цели развития страны. В последнее время Россия начинает формировать и формулировать свои стратегические целевые установки. Это видно и по вниманию к проблемам демографии, и по началу разработки национальных проектов, и в стремлении увязать государственное финансирование с конечными результатами. Но этот набор идей, на мой взгляд, еще далек от идеала. Важнейшим объединителем локальных целей может стать российский стандарт образа жизни. Точно сформулировать российский стандарт я сейчас не могу. Российский стандарт – это не только уровень зарплат, но и наличие жилья, автомобиля, загородной дачи и т.п. Собственно, российский стандарт – это нынешние требования и предпочтения нашего общества. И именно они должны определить структурные изменения в экономике России.

А как именно вы предлагаете влиять на экономику, чтобы ускорить ее развитие?

В ближайшие годы структурные сдвиги в экономике должны происходить за счет целенаправленных реформ со стороны государства. Все эти меры должны увеличить спрос населения и эффективность производства. Основные направления новой экономической политики – это реформа заработной платы, госпрограмма жилищного строительства, господдержка инвестиционного рывка, а также финансовое обеспечение инвестиционной активности. Но во главе угла всех экономических преобразований ближайших лет должна быть поставлена реформа оплаты труда.

В чем смысл зарплатной реформы?

Суть реформы состоит в понуждении частного бизнеса к существенному росту оплаты труда в обмен на снижение налогового бремени. Необходимо в ближайшие 2 – 3 года значительно – по крайней мере, в 2 раза – повысить оплату труда в рыночном секторе. Рост зарплат – это рост спроса, который должен стать основным мотором для развития внутренних производств. При этом нужно перейти от фиксации минимальной заработной платы к нормативной, которая должна исходить не из прожиточного минимума, а из принятого социального стандарта. В частном секторе ответственность за соблюдение этого социального стандарта должна лежать на бизнесе. А в государственном – на государстве. Рыночная реформа заработной платы – это не борьба с бедностью, а борьба за эффективность. Ведь определяемая государством нормативная заработная плата задает минимальный уровень эффективности производства. То есть, по существу, повышая зарплату, государство выбраковывает неэффективные предприятия. Диктат уровня заработной платы по отношению к частному бизнесу не является чем-то необычным. Государство же диктует продолжительность рабочей недели или количество праздничных нерабочих дней – и ничего страшного в этом нет. Еще один важный плюс реформы зарплаты – это согласие общества с результатами приватизации. Почему у людей сохраняются претензии к приватизации? Потому что ничего не изменилось. Многие работники убеждены, что «как нам не платили во времена СССР, так и не платят сегодня». Но если новый собственник обеспечит достойную зарплату, то все претензии к несправедливой приватизации будут забыты.

Но ведь от правительства мы постоянно слышим, что зарплата не должна расти быстрее производительности труда…

Здесь не нужно ориентироваться на догмы или лозунги. Например, в США были значительные периоды, когда рост зарплат опережал рост производительности труда. Кроме того, если рост зарплат отстает от производительности труда, то объективно это означает увеличение прибылей и сокращение доходов населения – то есть относительное обнищание трудящихся. Вряд ли такое обнищание населения нужно нам сегодня.

У нас сейчас борьба с инфляцией выходит на первый план, а рост зарплат – это мощнейший стимулятор роста цен…

-Важно, чтобы рост доходов населения был поддержан соответствующим расширением сфер их приложения. Иначе нас ждет не рост производства, а рост инфляции. В этом смысле государство в первую очередь должно задуматься о росте предложения жилья. Например, в качестве оценки работы каждого губернатора нужно взять объем ввода жилья – за 10 лет его можно и нужно удвоить.

Предположим, что правительство прислушается к вашим предложениям. Что нас ждет в этом случае?

Предлагаю сравнить два сценария – инерционный и инновационно-инвестиционный вариант. Мы в Институте народно-хозяйственного прогнозирования РАН сделали сравнительные расчеты по этим двум сценариям до 2025 года. Инерционный сценарий – это сохранение нынешнего курса с небольшими вариациями. А инновационно-инвестиционный сценарий – ускорение внутреннего импульса роста, в первую очередь за счет нормативного роста зарплат. Хотя ежегодная разница двух сценариев относительно небольшая, через 10 –15 лет возникают кардинальные различия всех экономических итогов. Например, в инновационно-инвестиционном сценарии к 2025 году величина душевого ВВП в России существенно превышает современные показатели США. То есть мы перегоняем по уровню развития нынешнюю Америку. Величина душевого ВВП в инвестиционно-инновационном варианте увеличивается по сравнению с 2005 годом к 2010 году в 1,8 раза. А в 2025 году – в 9,2 раза. В то же время в инерционном сценарии этот рост составит всего 1,5 и 4,6 раза соответственно. Для реализации инновационно-инвестиционного варианта принципиально важно уже сегодня скорректировать экономическую политику. Если не сохраним высокие темпы роста, то придется все начинать сначала – из-за потери темпа движения разгонять экономику, тем более такую масштабную и неповоротливую, как экономика России, всегда сложнее.

Беседовал Михаил СЕРГЕЕВ